Владимир Кокорин: «Инвестирование многие путают с предпринимательством»

Пандемия повлияла на активность инвесторов. При этом, как и любая кризисная ситуация, предоставила огромные возможности. На рынке немало потенциально перспективных проектов, связанных, в частности, с финтехом, логистикой, внедрением информационных технологий в сложившиеся и новые направления деятельности. О выборе команд для финансирования, методологии и принципах формирования инвестиционного портфеля в условиях новой реальности рассказал независимый инвестор и профессиональный консультант в сфере международного права, корпоративного управления Владимир Кокорин. 

CNews: Какими ИТ-проектами вы сейчас владеете или управляете? Какие из них считаете своей визитной карточкой?

Владимир Кокорин: Исторически я старался развивать проекты, близкие к моему основному профессиональному профилю — правовой и корпоративный консалтинг. Это естественное стремление, так как всегда легче справляться с тем, в чем разбираешься лучше всего. Так я в свое время создал и продолжаю развивать небольшой бизнес по международному корпоративному консалтингу и ряд смежных проектов. Также меня привлекают инвестиции в недвижимость. Это стабильный и предсказуемый сектор. На протяжении нескольких последних лет я вложил достаточно много средств в ряд объектов в Москве и за границей. Но это бизнес в основном рутинный и — в отличие от ИТ — не сильно современный, поэтому рассказывать о нем не так интересно.

Тем не менее, со временем приходит понимание, что помимо родной, прикладной сферы в мире есть и другие интересные вещи. При этом зачастую более доходные, легче масштабируемые, с иными перспективами роста капитализации. Так, например, я вложил средства в коллектив, который реализует интересный и полезный проект — платформу по организации корпоративных поездок под ключ. Достаточно уникальный и прогрессивный продукт с точки зрения гибкости, полноты и масштаба функций.

Большой набор потенциально интересных проектов связан с финтехом, пассажирской логистикой и разными полезными технологиями. В ближайшее время буду определяться с шорт-листом и готовиться к переговорам по приобретению долей в этих проектах.

CNews: На каких принципах строите и развиваете свою стратегию инвестирования в ИТ-сегменты?

Владимир Кокорин: В первую очередь важно убедиться в существовании готового рынка для ИТ-продукта, в который предлагается инвестировать. Если это нечто совсем новое, чего никто не предлагает и у чего нет своего потребителя, то продавать такой продукт — несмотря на всю его возможную уникальность, красоту и потенциал — будет тяжело. Всегда легче реализовывать продукт, который заменяет уже существующий, но при этом он более удобный, современный, легкий, быстрый, функциональный и т. д.

Владимир Кокорин: «Инвестирование многие путают с предпринимательством»

Илон Маск не придумал ни машину, ни ракету, но дал их потребителям такие модели, которые превзошли текущие по востребованным в современном мире показателям — эстетике, скорости, эксплуатации, влиянию на окружающую среду. Джобс не придумывал телефон, Джек Ма не изобретал оптовый интернет-магазин и т. д. Они просто пришли и лишили зазевавшихся конкурентов бизнеса, потому что предложили потребителям более полное, современное и эргономичное решение.

CNews: Предположим, приходят к вам ребята с горящими глазами и говорят: у нас есть классная задумка…

Владимир Кокорин: …скажем, умные очки дополненной реальности для работников производственных предприятий. Очки помогают на производстве, сканируют показатели, предупреждают об опасностях, дают визуальные подсказки по технологии, производственному браку, учатся на ходу и т. д. Все есть: прототип, базовый софт, команда. Звучит волшебно. Спрашиваю: кто ваш потребитель? Ну как же — крупные производственные предприятия, заинтересованные в повышении уровня промышленной безопасности, эффективности производственного процесса. Казалось бы, что еще нужно? Но этого рынка сейчас нет.

Нормативные требования к технике безопасности таковы, что без традиционных средств ее обеспечения промышленное предприятие существовать не может. Собственники предприятий, как правило, не заинтересованы в расходах на повышение технологичности, если это не приносит немедленного и очевидного экономического результата или не продиктовано нормативными требованиями.

Таким образом, чтобы продать такой продукт, нужно лоббировать принятие законодательства, которое обяжет промышленников применять такого рода средства, либо искать среди них энтузиастов, которые согласятся стать пионерами в этом деле. Конечно, стартапу, если за ним не стоит крупный, авторитетный игрок, такое не под силу. Частному инвестору вкладывать деньги в разработку продукта, для которого нет готового рынка, на мой взгляд, бессмысленно. И таких примеров — сотни.

«Вжиться в роль потенциального потребителя и въедливо проверить все параметры»

CNews: Каких еще принципов стратегии инвестирования вы придерживаетесь?

Владимир Кокорин: Готовность продукта (хотя бы его прототипа) к выполнению задач и конкурентоспособность. Обязательные вопросы к команде: чем ваш продукт лучше остальных, как будете убеждать рынок покупать его, а не аналоги? Тут надо вжиться в роль потенциального потребителя и въедливо проверить все параметры сравнения с существующими решениями. Как правило, потребителя волнует несколько ключевых параметров: стоимость, скорость, удобство использования и функциональность. Важно регулярно обновлять матрицу сравнения этих показателей с данными конкурентов.

Следующий параметр — масштабируемость. Если продукт нишевой и рыночный сегмент узкий, у проекта появляется «потолок» в смысле географии, выручки и стоимости. А это, конечно, снижает не только потенциальный доход, но и ликвидность — бизнес, которому не суждено преодолеть определенную планку оценки, скорее всего, не купят большие инвесторы, охотящиеся за крупной рыбой.

И не менее важно присутствие на целевом рынке больших игроков или инвесторов, которые могут стать потенциальными покупателями вашей компании в перспективе. Инвестирование — а многие путают его с предпринимательством — это вложение средств на определенный период. Поэтому срок, на который вы планируете вложить средства и получить их обратно с доходом, нужно прогнозировать заранее. Для повышения точности прогноза нужно как можно раньше выявить круг кандидатов на покупку актива, когда он в соответствии с вашими планами и чаяниями станет дорогостоящим и развитым.

CNews: Каковы варианты выхода из проекта?

Владимир Кокорин: Основных, как правило, два: продажа крупным отраслевым игрокам и публичные размещения. Определить своего потенциального покупателя среди крупных корпораций несложно — достаточно сделать выборку по отрасли и проанализировать их портфель инвестиций (который, как правило, доступен широкой публике), чтобы выявить область концентрации их интересов.

С публичным рынком чуть сложнее — трудно предсказать цену и интерес, придется также учитывать строгое регулирование. Идеальной картиной зачастую является привлечение стратегического отраслевого инвестора в качестве миноритарного акционера. Это даст сигнал рынку о том, что отрасль верит в проект. Вывести такой проект на IPO будет значительно легче.

«Агентств по бронированию билетов и гостиниц — пруд пруди, но большинство из них — неуклюжие»

CNews: Один из ваших проектов электронная платформа для организации бизнес-поездок Trivio. В чем ее преимущества?

Владимир Кокорин: Этот проект сделали ребята-основатели, я лишь помог им финансово и немного методологически. Подсказал несколько вещей с точки зрения маркетинга, правовых аспектов, помог поверить в масштаб, перспективы и т. д. Данный проект четко вписался во все параметры, которые мы только что обсудили: готовая, протестированная в реальном бизнесе платформа, призванная действовать на понятном и давно существующем рынке туристических услуг (пусть и в его отдельно взятом сегменте).

Объем этого рынка легко оценить даже навскидку — в публичном доступе достаточно информации о количестве поездок, проданных билетов, выручке туристического сектора в целом и т. д. Конкурентный ландшафт весьма интересный: агентств, предлагающих сервис бронирования билетов, гостиниц и сопутствующие услуги, пруд пруди. Однако большинство из них — неуклюжие, традиционные оффлайновые сервисы, не обладающие признаками современности. Технологически развитых компаний, предлагающих рабочий онлайн-сервис, на российском рынке буквально три-четыре.

Преимущества по сравнению с традиционными игроками бессмысленно перечислять — они во всем, начиная с полностью автоматизированного процесса формирования поездки и заканчивая интеграцией внутренних командировочных политик, взаимодействием с бухгалтерской системой и разнообразной бизнес-аналитикой. В соревновании с более развитыми конкурентами приходится брать деталями: скоростью, эргономикой и функциями. Определяющими зачастую становятся частные вещи — например, форматы отчетов для руководства, совместимость с клиентским оборудованием, более гибкие маршруты согласования и т. д.

CNews: Насколько успешно развивается платформа?

Владимир Кокорин: Успех проекта легче всего измерять в деньгах. Компания начала работать и получать первую выручку в декабре 2020 года. По состоянию на август 2021-го, ее месячный оборот достиг 180 млн руб., и постоянно растет. Мы открываем новые территории. Цель — укрепиться на зарубежных рынках. Продукт подготовлен к локализации в основных целевых странах и в ближайшее время будет предлагаться в ЕС, США и на Ближнем Востоке.

В 2023 году рассчитываем выйти на оборот, близкий к 10 млрд руб., и это только на начальной стадии развития бизнеса на зарубежных рынках, которые мы считаем наиболее перспективными. Рост на этом не остановится.

Для быстрого дальнейшего развития, разумеется, нужны финансовые партнеры. Интерес к проекту есть, мы уже ведем переговоры с рядом частных инвесторов об их вхождении в капитал.

CNews: Как изменился сегмент бизнес-туризма за последние два года под влиянием пандемии? Каковы основные тенденции, какие технологии будут способствовать трансформации делового туризма?

Владимир Кокорин: Когда отрасль испытывает жесткие ограничения, объем продаж объективно падает. Рейсов нет, границы закрыты, предприятия принудительно приостанавливают работу. Однако бизнес-туризм — особенный сегмент. Ключевыми потребителями услуг организаторов деловых поездок являются крупные национальные инфраструктурные и сервисные компании, например строительные или энергетические. Эти компании перемещают большое количество персонала на постоянной основе, так как ведут деятельность в разных регионах страны. Ограничения касаются их в меньшей степени, так как чаще всего их деятельность — стратегическая для государства. Стройки и турбины нельзя остановить. Конечно, есть клиенты и из других отраслей, но их доля в выручке сегмента бизнес-туризма не столь существенна.

Мировые траты в секторе корпоративного бизнес-туризма в предпандемийном 2018 году составляли 1,4 трлн долл., или почти 22% мирового объема трат в туризме. Больше половины этого объема обеспечивают две крупнейшие экономики мира — Китай и США. Любопытно, что на бизнес-туристов приходится до 75% прибыли авиакомпаний, хотя их доля в авиационном пассажиропотоке не превышает 10%. В основном это следствие того, что в бизнес-туризме приобретаются более дорогие типы билетов (гибкие, возвратные и пр.).

Владимир Кокорин: «Инвестирование многие путают с предпринимательством»

Как показывают опросы, вторая отрасль, в которой люди больше всего ждут снятия ограничений, — туризм (на первом месте общепит). При этом во многих странах уровень внутренней туристической активности растет. В США, например, внутренние воздушные перевозки упали на пике ограничений (в апреле прошлого года) до уровня 90 тыс. человек в сутки, а сегодня приближаются к допандемийному уровню в 2,5 млн человек.

Сегодня ключевой фактор восстановления объемов рынка, на мой взгляд, — вакцинация. Рост темпов вакцинации на руку динамике восстановления индустрии, ибо все больше стран признают наличие прививки обязательным атрибутом путешественника.

Технологические решения, облегчающие оформление и пребывание в командировке, будут максимально востребованы потребителями. Важной функцией станет, например, интеграция корпоративных систем с частными или государственными медицинскими системами для оперативной проверки статуса и учета разрешений (наличия вакцины, антител и пр.) при формировании деловой поездки (особенно актуально для организованных групповых поездок, например, вахтовых).

«Перспективные для меня направления туризм (сектор гостеприимства в целом) и финтех»

CNews: Какие ИТ-направления вы рассматриваете в качестве приоритетных для инвестирования сегодня и в перспективе трех-пяти лет? Чем аргументируете свой выбор?

Владимир Кокорин: Таких отраслей бесчисленное количество. Расскажу о том, что привлекает меня. Быть экспертом или просто достаточно подкованным во всех отраслях невозможно. Нужно выбрать одну-две, желательно смежных. Для частного инвестора, не имеющего возможности содержать фабрику инвестиций, важно располагать хотя бы базовой личной экспертизой в своих целевых отраслях. Следить за рынком, общаться с его представителями, читать аналитику.

Для себя я определил туризм (или сектор гостеприимства в целом) и финтех. Сейчас заключительная стадия благоприятного периода инвестиций в туризм ибо он наращивает темпы восстановления, и доступных по цене объектов инвестиций скоро будет становиться меньше. Финтех нужен везде и в первую очередь как средство помощи в быстрых расчетах. Чем оперативнее и дешевле бизнес проводит расчеты, тем выше его конкурентоспособность. Финтех-решения, призванные повысить скорость и уменьшить стоимость расчетов между участниками электронных торговых систем — продавцами, покупателями, маркетплейсами и банками, — чрезвычайно востребованы.

«Всего три элемента адресной господдержки»

CNews: Как вы оцениваете инвестиционный климат на российском ИТ-рынке на фоне реализации мер господдержки отрасли?

Владимир Кокорин: На практике эти вещи мало связаны. По сути, есть всего три элемента адресной господдержки: гранты, льготные кредиты и налоговые преференции для резидентов Сколково. Первые два работают, насколько мне известно, со скрипом, потому что связаны с большой бюрократией при принятии решений и системой контроля расходования государственных средств. А вот в Сколково процесс более-менее отлажен, его резидентами являются многие молодые отечественные технологические компании. Это позволяет им экономить на налогах, что действительно важно для небогатых, но талантливых энтузиастов.

Остальные меры, которые реализуются государством в рамках нацпроекта «Цифровая экономика», как правило, очень абстрактные и прямого влияния на инвестиционный климат пока что не оказывают. Буквально в сентябре правительство приняло дорожную карту так называемого второго пакета мер поддержки ИТ-отрасли. Большая часть предложений призвана «создать условия», «сформировать предложения» и «провести мониторинг». Есть даже поручение учредить должность ИТ-омбудсмена. До конкретики пока еще, видимо, далеко; подождем, когда система заработает и начнет приносить плоды.

CNews: Чем, по вашему опыту, определяется спрос на информационные технологии на российском рынке? Если ли отличия, характерные исключительно для отечественного рынка?

Владимир Кокорин: Спрос, как и везде, определяется предложением. Наш ландшафт в области ПО в целом не отличается от того, как это устроено за рубежом. Есть отрасли, где доминируют международные гиганты: операционные системы, серверное ПО, ERP-системы, специальное отраслевое ПО и пр.; есть секторы, где прочные позиции занимают наши компании, такие как Яндекс, Mail.ru, Сбер и иные. Среди них как раз финтех, бухгалтерское, отраслевое ПО и т. д. В целом, за некоторыми изъятиями, рынок вполне конкурентен. Если твое решение объективно лучше, а при этом еще и дешевле, то есть шансы на успех.

«Цифровизация пока еще в самом начале своего пути»

CNews: В каких сферах деятельности предприятиям, учреждениям, организациям еще только предстоит открыть или оценить потенциал информационных технологий?

Владимир Кокорин: Во всех. Где-то в большей степени, где-то в меньшей, но во всех. Цифровизация пока еще в самом начале своего пути. Нет эффективной системы электронного документооборота. Не созданы доверенные среды, в рамках которых участники рынка могли бы взаимодействовать без рисков и дополнительных проверок. Нет системы координации национальных перевозок. Нет реально функционирующей национальной мультимодальной платформы. Нет интегрированной системы управления трудом и занятостью. Во всех этих направлениях, а также в десятках других ведется интенсивная работа. Но этой работы непочатый край. Все главные прорывы и достижения еще впереди.

CNews: Насколько ваша деятельность в роли инвестора влияет на выбор хобби? Что входит в сферу ваших личных предпочтений сегодня?

Владимир Кокорин: У меня достаточно традиционные хобби. С моей профессиональной или инвестиционной деятельностью они не связаны. В основном это спорт и музыка.

«ИТ-проект, ИТ-разочарование и ИТ-сюрприз года»

CNews: В заключение несколько блицвопросов. Технология года?

Владимир Кокорин: Дополненная реальность (не новая, но наиболее насущная).

CNews: Проект года?

Владимир Кокорин: Gitlab. Не потому, что новый (ему уже лет восемь), а потому что совершил феноменальное размещение на бирже, достигнув стоимости в 15 млрд долл. И это при прямой конкуренции с Microsoft.

CNews: ИТ-разочарование года?

Владимир Кокорин: Крах KupiVIP (немного местечково, но показательно).

CNews: ИТ-сюрприз года?

Владимир Кокорин: На фоне KupiVIP крайне успешное IPO Poshmark, соцсети с маркетплейсом для обмена и продажи одежды (140% роста котировок в первый день торгов, с оценкой в 3 млрд долл.).

Обсудить и заказать можно через форму ниже

Владимир Кокорин: «Инвестирование многие путают с предпринимательством»
Создание недорогих сайтов
Добавить комментарий